Иван Устюжин

Иван Устюжин — в романе штурман капитана Бенёвского, угодивший в Большерецкий острог уже опытным шкипером за попытку бунта на корабле — «подговаривал команду выкинуть за борт плохих людей». Искренне предан своему капитану и верит ему безоговорочно.

Исторические лицо, вернее даже так — в книжном образе Устюжина автор смешал черты двух реальных спутников Бенёвского.

Первый — это штурманский ученик Дмитрий Бочаров, командовавший вторым судном, вмерзшим в лед около Большерецка — «Святой Екатериной». Бунтовщики, как известно, погрузились на «Святой Петр», а вот вели его по неведомому маршруту два профессиональных шкипера — Максим Чурин и Дмитрий Бочаров. Чурин умер в Макао, а Бочаров выжил и перенес все тяготы пути команды Бенёвского. Но во Франции, где в итоге обосновались бунтовщики, заскучал, и вместе с некоторыми членами команды запросился на родину. Получив амнистию, был определен на жительство в город Иркутск, но без моря затосковал. Нанялся на службу к молодому купцу Григорию Шелихову, и был назначен командиром галиота «Святой Михаил». Вскоре он поведет «Святого Михаила» в составе шелиховской экспедиции к берегам американского континента и станет одним из основателей «русской Америки». Интересно, что флагманом шелиховского флота — галиотом «Три святителя» командовал Герасим Измайлов — тот самый штурманский ученик, которого Бенёвский когда-то высадил на верную смерть на необитаемом курильском острове Симушир. Измайлов не только спасся, но так и прослужил всю жизнь на Дальнем Востоке, сделал несколько географических открытий и даже встречался с Джеймсом Куком, который высоко оценил талант российского мореплавателя.

Второй — сын большерецкого священника Ичинского прихода протопопа Алексея Иван Устюжин (Уфтюжин, Устюжанинов, Уфтюжанинов). Он тринадцатилетним подростком уплыл вместе с бунтовщиками на «Святом Петре», соблазнившись рассказами о чудесных загадочных заморских странах. Отец Вани из-за бегства сына даже угодил под следствие, однако позже был признан невиновным.

Согласно письмам жены Бениовского и по другим упоминаниям, Уфтюжанинов был единственным из ушедших тогда на «Святом Петре», который оставался с Бенёвским до самого конца, и сопровождал его во всех странствиях в промежутке между двумя мадагаскарскими экспедициями. Этому юноше из богом забытого камчатского поселка выпала небывалая судьба — думается, вряд ли в тот век можно было найти другого русского, который побывал бы в таком количестве стран, и успел повоевать и в далекой Азии, и в Европе, и в Америке, и в Африке.

Где был Уфтюжанинов три года после смерти Бенёвского — неизвестно, но в 1789 году, уже тридцатилетним мужчиной, Иван Алексеевич возвращается в Россию. Получил полное прощение при условии молчания о своих приключениях и запрете проживания в столицах. Уехал в Сибирь, где поступил в гражданскую службу, служил при Нерчинских горных заводах. По некоторым сведениям — оставил записки, которые до сих пор не найдены.